Человек эпохи созидания


С днём победы

22.03.2017

Человек эпохи созидания

23 марта Игорю Александровичу Одинцову исполняется 80 лет. Он вернул к жизни один из главных символов янтарного края – Кафедральный собор на острове Канта.

Влад РЖЕВСКИЙ

В своё время власти хотели снести это старинное здание – как и многое другое. Спасла его расположенная по соседству могила Канта. Идеи всемирно известного философа в СССР считались хоть и наив-ными, идеалистическими, но всё же не враждебными марксизму-ленинизму.

Правда, о восстановлении примыкающего к мавзолею Канта собора, построенного в XIV веке, речи тем не менее не шло. В развалинах заложили окна кирпичом, поставили ворота, и на этом государственная забота закончилась.

Так и стояли бы в центре города величественные руины, всё более разрушаясь, если бы не нашёлся человек, который решился взяться за реставрацию – военный инженер-строитель Игорь Одинцов.

– Я тогда был уже на гражданке, – вспоминает он, – поработал в Службе быта инженером по строительству, решил уволиться. В никуда. И вот, значит, иду мимо развалин собора, я там часто ходил, думаю, чем заняться в жизни дальше. И тут меня словно что-то толкнуло войти в руины сквозь поломанные ворота. Внутри – какие-то леса заброшенные, мусор. И вдруг подумалось: почему бы не взяться за этот объект? Позвонил Виктору Денисову. Он, сделавший немало для Калининграда, будучи мэром, в ту пору был уже советником главы администрации области. Услышав моё предложение, Виктор Васильевич загорелся: а что, давай попробуем!

Однако с деньгами он помочь не мог. На дворе – начало 90-х. В стране разброд и шатание, областная казна пуста. Людям жить не на что. А тут – собор…

– Самые первые деньги, сто рублей, дал начальник ЖКХ Валерий Крашенко. Было собрание, Денисов произнёс речь, Крашенко встал и дал сто 
рублей. На почин. Это было трогательно. Но вообще стало ясно, что рассчитывать надо только на себя, надо зарабатывать.

Заметим, до 2005-го государство на собор средств почти не выделяло. Помогали, конечно, немцы. При их содействии были восстановлены эпитафии на наружных стенах, приведён в первоначальный вид мавзолей Канта, медь на соборной крыше – тоже немецкая. Однако в основном в собор вложены российские деньги. Причём немалая часть – то, что Одинцов и его команда заработали сами. Так, они брали подряды на реставрацию других объектов (например, бывшая кирха в Правдинске, где теперь православный храм). Наладили производство сувенирной продукции. Стали устраивать концерты классической музыки (первые из них проходили прямо на улице, возле собора, у него ещё крыши не было).

– Также мы стали заниматься изготовлением и установкой памятников, мемориальных досок, знаков. Правда, тут не всегда заработать удавалось. Более того, иногда ещё и свои средства вкладывали. Но зато какое у меня было моральное удовлетворение, когда, например, в Калининграде появился знак в память о поэте Николае Гумилёве…

Поначалу, когда Одинцов вызвался вернуть жизнь в бывший Кафедральный собор Кёнигсберга, многие не скрывали скепсиса. Перелом в настроениях произошёл после того, как в 1994-м на башне «вырос» шпиль. Кстати, это была самая сложная операция за всю реставрацию собора. Шпиль ведь на вертолёте опускали. И рабочие боялись находиться под спускаемой с неба на головы тяжеленной конструкцией. На протяжении этой и правда рискованной операции Одинцову пришлось стоять внизу, прямо под грузом. Так сказать, личным примером показывать, что всё в порядке, никакой опасности нет…

Потом появилась крыша, начались внутренние работы. Параллельно велось обустройство прилегающей территории. А 10 апреля 2003-го впервые зажглась наружная подсветка. В тот вечер прохожие не верили глазам: по ночам всегда погружённый во тьму собор вдруг озарился – и показался сказочным дворцом. «Заиграл» и весь остров Канта.

В ходе работ были обнаружены останки тех, кто пытался укрыться в соборе в 1944-м во время англо-американских бомбардировок. Прах погибших мирных жителей погребли справа от входа. В 2004-м, к 60-летию трагедии, на братской могиле поставили каменный крест. А ночью 27 и 30 августа с соборной башни над городом впервые разнёсся печальный звон – в память о жертвах.

30 июня 2005-го был открыт памятник герцогу Альбрехту. Статуя – копия той, что возвышалась у Королевского замка и после войны пропала. При этом постамент уцелел, в 1953-1995 годах на нём стоял бюст Кутузова. Потом он «переехал» в Правдинск. А постамент с воссозданной фигурой Альбрехта установили рядом с могилой Канта.

9 сентября 2006-го в соборе прошёл первый концерт с участием Малого органа. 10 января 2008-го состоялась презентация уже Большого органа. Создан музей Канта, восстановлено помещение Валленродтской библиотеки. А ещё появились три часовни – православная, католическая и лютеранская.

– Собор теперь – светское учреждение культуры. Тем не менее я решил обустроить часовни. Всё-таки это бывшая главная церковь Кёнигсберга, намоленное место.

При этом, когда началась кампания по передаче РПЦ бывших немецких культовых зданий, Одинцов сумел всех убедить, что собор должен оставаться в федеральной собственности. Человек прямой, честный, он часто во всеуслышание озвучивал свою позицию по тому или иному острому вопросу. Так, подвергал резкой критике гастрольную политику местных властей. А по поводу «Сердца города» и вовсе заявил: это проект пятой колонны.

Чем дальше, тем больше наживал он врагов. Довелось однажды услышать: «Одинцов стал себе позволять слишком много. Думает, он неприкасаемый, на него не найдётся управы?»

И – нашли. Два года назад, 30 марта 2015-го, у директора государственного учреждения культуры «Кафедральный собор» заканчивался контракт. И его не продлили. Отправили Одинцова в «почётную отставку». А следом и его команду «зачистили».

Как водится, при увольнении говорилось много красивых слов. А на деле? На мой взгляд, об истинном отношении оппонентов к Одинцову можно судить хотя бы по тому, сколько внимания ему уделено на нынешнем сайте собора. «Работы по восстановлению начались в 1994 году под руководством Ю. А. Одинцова и завершились в 2005 году». Это всё, что я там нашёл про него. Причём инициалы написаны именно так – «Ю. А.»…

Только не зря говорят: время рассудит. Имя Одинцова из местной истории не вырубить и топором, он при жизни – человек-легенда. А где те временщики, что уволили Одинцова? Или взять «Сердце города». Раньше требовалось мужество, чтобы публично критиковать его. А где сегодня этот проект, ещё вчера якобы такой нужный? Более того, на днях врио губернатора Антон Алиханов заявил: воссоздавать Королевский замок не будем…

Ну а что же Одинцов? Какой у него сегодня настрой, намерен ли отмечать юбилей?

– Настрой – хороший, боевой. И юбилей отмечать буду. Правда, в узком кругу. Зато среди тех, кто дорог и близок. А летом планирую, как обычно, съездить на родину – в Крым. То, что он снова наш, лично для меня – лучший подарок.

Одинцов – заслуженный строитель России. Почётный гражданин Калининграда. Кавалер ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германией»…

– И всё же главная моя награда – вон она, высится на острове в центре города. За двадцать лет мы не просто восстановили красивое древнее здание – мы вложили в него русскую душу. И один из былых символов 
Кёнигсберга стал одним из символов уже Калининграда.

Жаль, конечно, что не дали закончить, воплотить всё задуманное. Но в общем и целом – дело сделано. И с радостью от осознания этого не сравнятся никакие ордена и медали. 





Возврат к списку